Подводная охота не имеет ничего общего с рыбалкой.
Подводный охотник нагло вламывается к рыбе в дом, тогда как обычный рыболов находится за его пределами.
Поздней осенью и в зимние месяцы до ледостава, когда рыба теряет активность и скатывается в зимовальные ямы, погружаясь в состояние сна, наступает настоящее пиршество для подводных охотников, им не составляет труда исследовать эти ямы и расстрелять беззащитную, находящуюся там пассивную рыбу, которая даже не в состоянии уплыть и среагировать на опасность ввиду своего биологического состояния.
Подводные охотники выбивают элиту рыбьего стада, взрослых особей, способных дать качественное потомство, ЯВНО выходя за установленную норму вылова в 5 кг.

Наиболее разумным решением данной проблемы нам видится:

- полный запрет подводной охоты в малых и средних реках и озерах на территории Республики Беларусь;

- введение ограничений на осуществление подводной охоты в ноябре-марте, т.е. месяцах, когда рыба малоактивна и пребывает практически в состоянии анабиоза (научно доказано, что в эти месяца карп, сазан, сом, белый амур малолоподвижны, а находящуюся в зимовальной яме рыбу можно чуть ли не взять в руки и она не делает попыток уплыть);

- принятие более действенных мер по выявлению нарушений со стороны подводных охотников и ужесточение мер ответственности к ним за нарушения законодательства, регулирующего правила рыболовства;

- создание специализированных водоемов для осуществления подводной охоты, зарыбляемых за счет сборов, уплачиваемых подводными охотниками.
Настоятельно просим Вас принять соответствующие меры реагирования на складывающуюся ситуацию!

Рыбаки негодуют: если раньше наши водоемы кишели крупной рыбой, то сейчас — подводными охотниками, и с каждым годом их все больше. «Из–за них нигде в водоеме рыба не может чувствовать себя в безопасности. Особенно поздней осенью и в зимние месяцы до ледостава, когда она теряет активность, погружается в состояние сна и скатывается в зимовальные ямы. Подводные охотники выбивают элиту рыбьего стада, способную дать качественное потомство. Не оставляя ни единого шанса. Ведь если рыболов такую особь может просто отпустить, то, простреленная, она в любом случае погибнет, даже и сорвавшись со стрелы. Водоемы — по большей части малые — зачищают, будто саранча. Где рыбачить нам?» Подобные петиции и письма в Государственную инспекцию охраны животного и растительного мира при Президенте летят со всей страны. Два последних — от рыбаков Столбцовского района и их коллег из Несвижского. Чтобы погрузиться в проблему, корреспонденты «СБ» выехали на место.

Столбцовский район и его окрестности для бывалого рыбака — местечко вполне себе приятное. Точка притяжения — верхний Неман, его притоки и старицы. Любители закинуть удочку уважают их за огромное разнообразие рыбы (кроме полного набора речных хищников и «вегетарианцев», здесь встречаются особо ценные породы). Подводные охотники — за отменную прозрачность воды: разглядеть в ней будущие трофеи проще простого. Равнять таких «дайверов» под одну гребенку, впрочем, активисты–рыболовы не спешат. Оговариваются: просто среди действительно порядочных людей встречаются отдельные персонажи — и их становится все больше, — только и ждущие вольготных условий для своего незаконного промысла, который больше напоминает не рыбалку, а массовое истребление.

Начальник Столбцовской межрайонной инспекции охраны животного и растительного мира Владимир Лойко таких перечисляет едва ли не пофамильно. На мушке местный подводный мир держат человек десять. Одни уже пойманы с поличным, другие — в оперативной разработке, за ними наблюдают. Только здешние нравы такие, что местные жители, завидев на реках и озерах людей в приметных костюмах, не спешат сразу звонить природоохранникам — предпочитают самостоятельно сделать «последнее столбцовское предупреждение»... Владимир Лойко объясняет букву закона:

— Нарушителями подводные охотники автоматически становятся, если охотятся на запрещенных для такого занятия водоемах (например, на нашем столбцовском озере или Немане в пределах города, малых реках — Сула, Уса и других), в темное время суток, с применением дыхательных приборов и более чем пятизубого гарпуна, стреляют с берега или с лодки и, конечно же, если они не являются членами БООР и у них нет удостоверения подводного охотника. А также если их общий улов составляет более пяти килограммов. Хотя выловить одну крупную особь все–таки разрешается. Но даже если они действуют по закону, прессинг на водоемы создают неимоверный.

Вадим и Александр (свои фамилии просят не называть, они есть в редакции), те самые столбцовские рыбаки, написавшие в госинспекцию свои «рабочие предложения», показывают фотографии со специализированных интернет–форумов. И грустно комментируют:

— Чтобы поймать такого огромного карпа, нам потребуется сезон. Представьте, три–четыре человека способны за осень вычистить водоем площадью 300 на 400 метров! Вопиющими фактами являются истребления в 2016 — 2017 годах подводными охотниками маточного поголовья карпа на арендованном рыбоводческом водоеме в деревне Перцы (там даже сбили дамбу, чтобы уровень воды упал), озерах фонда запаса вблизи деревень Любковщина, Судники, Скоморошки, Яблоновка, Кнотовщина... Имеются достоверные сведения о том, что подводные охотники посещают в ночное время и другие арендованные водоемы района. Причем многие арендаторы, похоже, о том и не подозревают. Играет роль чувство безнаказанности — ночью определить присутствие таких «дайверов» на водоеме сложно. Алгоритм следующий: один плавает, другой на берегу, следит за обстановкой.

Типичные портреты подводных браконьеров: или местный житель, желающий подзаработать, или минчанин, у которого в окрестностях «родовое поместье». Они активно мониторят форумы на предмет еще сохранившихся «рыбных местечек». А рыбу продают не на рынке — по «своим». Замечаю:

— Ведь экипировка, особенно с приставкой «термо», и оборудование — не из дешевых. В Белорусской федерации подводного спорта говорят, что за нее можно и среднюю месячную зарплату по стране выложить...

— Мне один такой признался честно: стоимость гидрокостюма можно отбить за сезон, — парирует Александр.

Итак, мнение «с мест»: решить проблему можно несколькими способами. Относительно безболезненным — скажем, запретить подводную охоту в ноябре — марте, когда рыба находится в состоянии анабиоза. Либо более радикальным — вернуться к практике, когда профильные министерства утверждали список не запрещенных к охоте водоемов, а разрешенных. Причем они будут потом зарыбляться именно за счет подводных охотников.

ИЗ ИСТОРИИ

В некоторых странах — к примеру, в Швеции, Австрии, Голландии, Бельгии, Чехии — подводная охота под запретом. А в Германии за занятие ей и вовсе можно получить до 10 лет тюрьмы. В Литве подводная охота разрешена только на семи водоемах из трех тысяч. Причем на основании билета рыболова. В Эстонии добывать рыбу таким способом можно всего на двух озерах — Куремаа и Саадярв. В Беларуси до 2006 года ежегодно утверждался соответствующий перечень водных объектов. Он включал в себя 34 точки по всей стране (в Минской области, к слову, в этот перечень не входил ни один водоем). 

— На обсуждение рабочей группы, которая будет пересматривать Правила ведения рыболовного хозяйства и рыболовства, мы вынесем ряд предложений, касающихся подводной охоты. Среди основных — выдавать государственное удостоверение на право подводной охоты лишь тем, кто прошел реальное, а не формальное обучение и сдал серьезный экзамен. Получивших такой документ включать в реестр подводных охотников. А в случае систематического (более двух раз в течение одного года) нарушения условий подводной охоты или привлечения гражданина к уголовной ответственности за преступления против экологической безопасности и природной среды признавать удостоверение недействительным. Еще одно предлагаемое новшество — обязать подводников обозначать свое местонахождение в воде буем яркой расцветки и сохранять до окончания подводной охоты добытую рыбу, прикрепив ее к бую или к поясу снаряжения. Это необходимо как для безопасности, так и для эффективного контроля, во многих странах подобная практика уже существует. Мы также за пересмотр перечня водоемов для подводной охоты.